Ярослава

Я попала в какой-то вакуум, где нет ни единой эмоции, где нет стремления к чему-либо, где нет желания жить…

Из меня выкачали жизнь. Я не удивлюсь, если взглянув в зеркало, увижу поседевшие пряди на голове.

Когда закончится этот кошмар? Неужели мне не светит нормальная жизнь, семья? Хороший и заботливый мужчина?

Как жить? Если в данный момент я, как собака, пристегнута к цепи, а несколько часов назад убогий торчок хотел воспользоваться мной в свое удовольствие.

Все мужчины одинаковые, им бы только трахнуть кого-то. Может быть и Влас такой? Может быть он тоже трахнет меня и успокоится? Отпустит?

Господи, да что же творится в моей голове? Это все от бессилия. От бессилия я медленно схожу с ума.

Закрываю глаза и меня вновь откидывает на несколько часов назад, где потрескавшиеся грязные пальцы хватают за волосы и Марат затаскивает меня на заднее сиденье.

Пожалела ли я в тот момент, что сбежала? На все сто процентов пожалела!

Если бы не Влас, я скорее всего была бы мертва. Чтобы сделал со мной Марат, изнасиловав? Убил? Оставил бы на съедение местной живности?

— Хватит! — рычу сама себе под нос, сдавливая пальцами виски. — Убирайся из моей головы!

В этот момент я понимаю, что меня никто не спасет. Мне нужно принять и ждать, когда Влас огласит вердикт как долго я здесь буду находиться.

То, что папа вернет ему какой-то эфемерный долг, мне слабо верится. Нет у моего отца денег. Он заложил все что можно.

Возможно он… и меня «заложил»? То есть отдал на растерзание этим бандитам? Продал меня?

От этой мысли начинает кружиться голова, а тошнотворный ком ползет вверх по глотке.

— Спокойно, — шепчу сама себе, пытаясь взять себя в руки.

Глубоко вдыхаю и выдыхаю несколько раз, стараясь унять дрожь в теле. Внутренний голос твердит, что нельзя сдаваться, ведь это не конец, а только начало, вот только где взять эти силы, чтобы дотянуть по конца?

Внезапно дверь скрипит и в подвал заходит Влас. Его взгляд холоден, но в нем нет той жестокости, которую я так сильно боялась. Он медленно приближается и я чувствую как сердце начинает биться быстрее. Из одежды на нем только черные спортивные штаны, низко посаженные на бедрах. В руках коробка, на которой изображен круглый обогреватель, похожий на маленький вентилятор.

— Ты в порядке? — его голос звучит неожиданно мягко.

Я не знаю что ответить. Слишком много мыслей и эмоций, слишком много страха и недоверия.